3ea8a19f     

Розанова Лилиана - Две Истории Из Жизни Изобретателя Евгения Баранцева



Лилиана Розанова
Две истории из жизни изобретателя Евгения Баранцева
Этот стал поэтом.
Для математики у него было
слишком мало воображения.
Давид Гильберт
"ВЕСНА - ЛЕТО 2975-го".
(Рассказ бывшей одноклассницы Баранцева)
Мы в ту осень как раз переехали: Бескудниково, квартал 798 дробь
восемь-бис - знаете? Дома повышенной срочности, блочности и потолочности, В
классе народ новый, совершенно все незнакомые, и учителя молодые. У нас был
классный руководитель Вадим Николаич, молодой такой. Само собой, за глаза мы
его звали Вадик, тем более что это имя словно для него было придумано.
Представьте: пухлые губы, пушок на щеках и какая-то оставшаяся от детства
нежность, что ли. Хотя и высоченный был, и спортивный, и очень нам нравился.
А дни стояли яркие, прозрачные, неторопливые такие. Листья кленов и лип
были в известке. И казалось, вот-вот начнется что-то самое главное в жизни,
стоит только дожить до завтра или до послезавтра, или дойти, например, до
рыжей рощицы возле автобусной остановки.
Такое было настроение.
Как раз под такое настроение Вадик задал нам домашнее сочинение: "Цель
моей жизни". И когда проверил, прочитал эти сочинения на уроке.
Начал он с сочинения Ксаны Таракановой: "Хочу быть в первых рядах
прогрессивного человечества... Бороться за счастье всех людей..." Потом -
Володьки Дубровского: "Мечтаю приучить организм дышать растворенным в воде
кислородом, чтобы осваивать Земли под толщей Мирового океана"; потом - Немы
Изюмова - насчет сгущения сна: мол, если изобрести, как повысить интенсивность
сна, то спать можно будет два часа в сутки и к. п. д. жизни повысится на
восемьдесят процентов.
Были рассказы о путешествиях, о подвигах в космосе, о строительстве
городов под стеклянными куполами и об олимпийских победах.
Последним Вадик прочитал сочинение Баранцева. Я запомнила его от слова до
слова, потому что сочинение состояло из одной фразы: "Я хочу решить
Пятнадцатое уравнение Арнольда-Арнольда". Дальше полтетради было исписано
формулами, и в конце стоял огромный вопросительный знак. Вадим Николаич
прочитал эту одну-единственную фразу, выдержал паузу и спросил:
- Баранцев! Вы что, серьезно полагаете, что раскрыли заданную тему?
Женька встал. На него все уставились с любопытством, тем более что раньше,
оказывается, никто его как-то не замечал. Женька сутулился и щурил под очками
глаза; рубашка пузырилась на костлявой спине, и плечи торчали острыми углами.
В общем он был похож на сердитую черную птицу: на маленького грача, например.
- Да, вы правы, - согласился он, подумав. - Если мне удастся решить
Пятнадцатое уравнение Арнольда-Арнольда, то это произойдет в ближайшие
пять-шесть лет. Чем я буду заниматься остальную часть жизни, я действительно
не написал. Но пока я этого точно не знаю.
Вадик подошел к баранцевской парте и посмотрел Женьке в глаза. И ничего не
оказал, а вернулся за учительский стол. А Ксана Тараканова потрогала прическу,
сплетенную словно из десяти кос - одна другой толще, закинула ногу на ногу и
посмотрела на Женьку долгим взглядом. Но Женька ее взгляда даже не заметил - и
это само по себе было удивительно! Потому что Ксана была красавица. Моя
бабушка утверждала, что такие красавицы жили разве что во времена
художников-передвижников, а теперь исчезли, как исчезли, например, великие
композиторы, гениальные премьеры во МХАТе или тишина в Москве.
Другой такой, как Ксанка, не было во всем квартале 798 дробь восемь-бис. В
нее были влюблены 72,5 процента десятикласснико



Назад