3ea8a19f     

Ревич Всеволод - Научно-Фантастическая Литература



Всеволод РЕВИЧ
НАУЧНО-ФАНТАСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
Брата Морфея, бога сна, древние греки называли Фантазом.
Он заведовал на Олимпе иллюзиями. Отсюда произошло слово "фан-
тазия" /от греч. phantfsia - воображение/. От этого же корня
образована и "фантастика" - термин для обозначения литературных
произведений, изображающих невероятное как действительное и
действительное как невероятное.
К существительному "фантастика" часто добавляют эпитет
"научная", сокращая для краткости до "НФ". Однако границы между
научной и сказочной фантастикой не всегда удается прочертить
четко, нередко разнородные элементы смешиваются в одном произ-
ведении, например, в цикле К.Булычева "Чудеса в Гусляре" или в
романе К.Саймака "Заповедник гоблинов". Главное не в том, какой
фантастический прием использовал автор, а в том - зачем он его
использовал.
Долгое время царило убеждение, что научная фантастика -
это генератор научно- технических идей. Действительно, остроум-
ная гипотеза, небывалое "изобретение" могут стать инициатором
научных открытий. Едва ли найдется книжка о лазерах без упоми-
нания "Гиперболоида инженера Гарина" А.Н.Толстого. Еще до наше-
го столетия были предсказаны телевидение, антигравитация, бое-
вые отравляющие вещества, акваланг, многоступенчатая ракета,
вычислительные машины и многое другое, однако тех, кто их
предсказал, помнят лишь специалисты. Читают и перечитывают
жюльверновскую историю капитана Немо, а не роман современника
Ж.Верна А.Робида "Электрическая жизнь", хотя у него технических
предвидений больше, чем во всех произведениях Ж.Верна вместе
взятых. Дело в том, что фантастика - прежде всего часть худо-
жественной литературы, а значит, ее предметом всегда был и ос-
тается человек. А.Н.Стругацкий как-то сказал: "Фантастика - это
не жанр, не тема, это способ думать, она позволяет создавать
такие ситуации в литературе, которые я не могу себе представить
иначе. Людей волнует множество общечеловеческих, общеморальных
забот. Как их перевести на язык литературы? Можно написать
трактат, но в трактате не будет людей. Ну, а раз появились лю-
ди, то и задачи ее приближаются к общелитературным, или - как
любили говорить раньше - к человековедению"...
Минувшие три десятилетия доказали правоту этих слов. Фан-
тастике стала вмешиваться в обсуждение сложных и спорные перс-
пективы человеческого развития, она наглядно доказала пороч-
ность попыток насильственного изменения истории и активно при-
нялась за воспитание экологического сознания - единственного
способа спасти планету /и человечество вместе с ней/ от гибели.
Бразильский архитектор О.Нимейер признавался: "Я дал бы
сейчас все что угодно, чтобы заглянуть если не на тысячу, то
хотя бы на пятьсот лет вперед... Как будут жить люди тогда? Бу-
дут ли счастливы?.." Осуществить мечту выдающегося зодчего мож-
но только обратившись к фантастике. Желание заглянуть "через
хребты веков" люди пытались осуществить издавна. Одной из пред-
шественниц современной НФ была утопия, названная так по знаме-
нитой книге английского гуманист Т.Мора /1516 г./. С тех пор
были написаны сотни утопий, но и по сей день этот жанр не поте-
рял своего значения. Утопия приблизилась к форме современного
психологического, даже приключенческого романа, но цель ее ос-
талась та же, что и у Мора - представить себе совершенное об-
щество. Самая известная из утопий нашего века, "Туманность Анд-
ромеды" И.А.Ефремова /1957/, может стать последней классической
утопией, которая пытает



Назад