3ea8a19f     

Раткевич Элеонора - Парадоксы Младшего Патриарха



Элеонора Раткевич — Парадоксы Младшего Патриарха
Тяжко провинился молоденький — и, по чести, не лучший — ученик школы, где десятилетиями, веками передаются из поколения в поколение высокие секреты боевых искусств. И не исправить наказанием своенравного мальчишку, словно судьбой предназначенного для нарушения не нарушаемого Закона.
Однако — плох тот учитель, что не найдет пути к ученику. Пусть даже и велика опасность решения — сделать УЧИТЕЛЕМ УЧЕНИКА. Заставить его познать, КАКОВ он, жребий ведущего за собой младших, зависимых.

Жребий того, кому предстоит схватиться с Врагом — порожденным Тьмою Оршаном, Богом-Демоном, пожирающим людские души.
ТОГДА юный «сэнсей поневоле», быть может, и ответит на странный вопрос мудрого Спящего патриарха. На вопрос, ответ на который найдется лишь в последнем бою сил Добра и Зла...
Всем Ученикам,
сколько их было, есть и будет —
с искренним и благодарным уважением
Часть 1.
УЧИТЕЛЬ МОЕГО УЧИТЕЛЯ
Все хорошее когда-нибудь кончается. Например, свежие, не гнилые объедки. Милостыня, брошенная щекастым недорослем, решившим спьяну покуражиться перед первой в жизни женщиной своей щедростью неслыханной.

Или найдется все на той же помойке пара драных сандалий — отличные были сандалии, как сейчас помню. Все хорошее когда-нибудь кончается.
Когда меня учитель Дайр на помойке этой самой подобрал и в школу приволок, к дармовым питью-жратве, я был железно уверен, что это очень скоро кончится. Не кончилось.

А уж когда мастер Дайр стал учить меня, как драться по-взаправдашнему, я и вовсе уверился, что скоро надоест ему новая игрушка. Теперь-то уж точно надоест. Опять ошибся.

Спать ложусь — все на месте, утром глаза открою — ничего никуда не делось. Год прошел, другой на исходе — а оно все не кончается. Куда там — мастер меня со временем и вовсе усыновил.

Негоже ведь, чтобы лучший ученик, имеющий право на звание мастера, краса и гордость школы, при одной кликухе щеголял, без имени родового. Когда я сам начну своих учеников бегом гонять, оно мне очень даже пригодится.
Это неправда, что к хорошему быстро привыкаешь. Я вот привыкал долго. Годами. И все-таки привык. Размяк.

Расслабился. Уверился. Слишком уж долго хорошее не кончалось.
До того самого дня, когда в нашей школе появился высокородный Майон Тхиа.
Мастер Дайр, не в пример другим учителям, за богатенькими учениками не гонялся. Он мог себе это позволить: школа существовала за счет королевской казны. Понять не могу, что заставило учителя принять в школу избалованного, изнеженного, выхоленного наглеца.

Тем более, что поздновато начинать всерьез в пятнадцать-то лет.
Я невзлюбил Тхиа с первого дня, с первой минуты — но неприязнь свою прятал тщательно. А вот Тима — дело другое. Он и сразу нос выше сосен задирал — а уж когда ему доброхоты во всех подробностях объяснили, кто я есть, кем я был и на какой свалке мне место, кабы не прихоть учителя...
Майон Тхиа был несметно богат и чудовищно родовит. Единственный наследник — и этим все сказано. И как он должен был стерпеть, что здесь он пока никто и зовут его никак?

А право распоряжаться им принадлежит не только учителю — это само собой! — но и старшим ученикам, а главное — лучшему из них. Безродной твари. Крысе помоечной.
Он и не стерпел. Терпеть отныне приходилось мне. Никто из учеников со мной давно уже не связывался. Боялись. Да и по рангу не положено.

Но к Майону Тхиа это не относилось.
Он ни разу не опустился до площадной брани. Речь его всегда оставалась благовоспитанной и даже чопорной. Ругань уравняла бы



Назад